Трудный диагноз. Как пожилые москвичи смогут улучшить свое здоровье | Здравоохранение | Общество

Опубликовано: 16.09.2017 07:51

В Москве пациентов с «букетом болезней» будут лечить особые врачи.

Персональный доктор

В этом году в столице набрал силу новый ­проект — улучшение медпомощи пациентам старших возрастных групп с множественными хроническими заболеваниями. Эксперимент по его внедрению начался в 2015-м и оказался очень удачным, поэтому его решили распространить на весь город.

«В связи с тем, что население Москвы стареет, продолжительность жизни растёт и уже превысила 77 лет, есть большая категория больных, которым требуется не просто стандартный, а персональный подход, больше внимания, больше возможностей для общения с врачами, — объясняет идею мэр Москвы Сергей Собянин. — И два года назад с подачи медицинского сообщества мы запустили эксперимент, который касается обслуживания больных с хроническими заболеваниями. В чём его суть? Создаются специальные участки, к ним прикрепляется такое количество пациентов, чтобы врач мог индивидуально работать с каждым: назначать курс лечения, общаться, давать направление на госпитализацию. Статистика говорит о положительном результате эксперимента. По­этому такая организация работы будет постепенно внедряться во все поликлиники столицы. У нас уже сегодня 60 тыс. пациентов изъявили желание перейти на такую систему взаимодействия с докторами, поскольку она даёт значительно больший эффект (кто может получить медобслуживание — см. инфографику)».

Нажмите для увеличения
Нажмите для увеличения

«Пилотный проект по улучшению медпомощи больным старших возрастных групп доказал свою эффективность, — уверен руководитель столичного Департамента здравоохранения Алексей Хрипун. — Например, количество экстренных вызовов среди пожилых пациентов поликлиники № 175 снизилось на 60%. Это значит, что люди поверили в своего врача, общаются с ним на регулярной основе и поводов для экстренного вызова доктора на дом нет».

Поскольку на медработников, участвующих в этом проекте, ложится большая ответственность и дополнительная нагрузка, для них введена дополнительная оплата труда. Она составляет 20 тыс. рублей в месяц для врачей и 10 тыс. для медицинских сестёр. А поликлиники, участвующие в этом проекте, будут получать гранты. Планируется, что индивидуальный план лечения смогут получить примерно 100 тыс. пожилых москвичей. Для этого в каждой поликлинике создадут участки, которые будут обслуживать не более 500 человек, и за ними закрепят отдельных врачей-терапевтов. Сегодня в Москве так работают уже 250 врачей, а к концу года их будет 400.

«Это специально подготовленные лучшие наши терапевты, которые с каждым из таких пациентов работают по индивидуальной программе, — объясняет Алексей Хрипун. — Они имеют удлинённый период врачебного приёма и возможность регулярного общения со своими подопечными, в том числе по телефону».

Время первичного приёма у таких врачей увеличивают до 40 минут, а повторного — до 20 минут. И действительно, при необходимости любой пациент сможет проконсультироваться со своим доктором или медсестрой по телефону, чтобы уточнить возникшие проблемы со здоровьем или приёмом лекарств. Совершенно очевидна выгода такого подхода для самих пациентов: врачи смогут уделять им больше времени, а также более внимательно и детально относиться к лечению.

«Я всегда жалела пожилых»...

Чтобы понять, как работает новый проект по улучшению медпомощи пожилым москвичам с «букетом болезней», мы отправились на приём к врачу Ларисе Бабенко в поликлинику № 175. Она участвует в эксперименте с самого начала — с января 2015 года.

Мой номер есть у каждого

— Лариса Борисовна, почему вы включились в этот эксперимент? Из материальных соображений?

— Что вы! Когда мы начинали, никакой финансовой заинтересованности не было. Доплату в 20 тыс. рублей стали получать только в конце этой весны. Но не скрою, это приятно.

А почему пошла? Я всегда жалела пожилых людей, видела, что им не хватает внимания. Хотя в начале, скажу чест­но, не очень понимала, как всё будет работать и насколько полезной и эффективной окажется моя работа. Но потом поняла, что это крайне важно. Судите сами, у нас по 500 больных, которые требуют особого внимания. Причём — все. Не как на обычном участке, где 3000 человек, но среди них и наши подопечные, и здоровые люди, которые крайне редко обращаются к врачу. У каждого нашего пациента не менее трёх хронических болезней, у них часто случаются приступы, обострения. И если раньше они в таких случаях обычно сразу звонили на «скорую», то теперь могут в любое время позвонить своему доктору. Каждому из нас выдали по телефону, и его номер есть абсолютно у всех моих пациентов...

Именно в этот момент зазвонил телефон. Из разговора было ясно, что звонит женщина, у которой подскочило давление. Лариса Борисовна объяснила ей, что ситуация жизни не угрожает, рассказала, что нужно сделать и какие лекарства принять. По­просила перезвонить, если не будет лучше.

— Вот классический случай, когда наши подопечные раньше вызывали «03» или обращались в экстренную службу поликлиники. А на самом деле с медицинской точки зрения это обычная ситуация, которую можно решить даже по телефону. Конечно, бывают такие звонки, когда сразу понимаешь, что ситуация серьёзная, тогда я немедленно организовываю госпитализацию больного. Но, как показывает опыт, они бывают не чаще, чем один звонок из десяти, а то и реже. Обычно всё решается беседой.

— Сколько вообще звонков в день бывает?

— Обычно до 25 звонков. Скажу по секрету, за эти два года ни разу не удалось досмотреть фильм в кинотеатре до конца, были звонки. Несколько раз звонили ночью. Но всё это реально важные звонки, не пустые. У нас очень добрые пациенты, без нужды они не будут звонить. Хотя у многих реально бывали такие ситуации, когда им приходилось вызывать «скорую» по несколько раз в неделю. У одной такой пациентки постоянно срывался сердечный ритм, были приступы мерцательной аритмии. Ей сделали так называемую аблацию, это высокотехнологичная медпомощь, но теперь она стала доступна, и всё — ритм восстановился, никаких срывов.

Совсем недавно был случай, когда мужчине предотвратили инфаркт. У него не было болей и жалоб, типичных для ишемической болезни сердца, и значит, сам он в обычной ситуации вряд ли пришёл бы к участковому врачу. Но у него были все факторы риска, резко повышающие вероятность развития инфаркта, и я направила его на коронарографию. Это теперь тоже несложно сделать. Обнаружили атеросклеротические бляшки в сосудах сердца, поставили два стента. В результате он избежал инфаркта, который развился бы почти наверняка. Всё это благодаря тому, что мы наблюдаем пациентов активно.

Пациенты как родные

— Что значит активно?

— Для каждого из них составлен индивидуальный план в зависимости от болезней и текущего состояния, в нём расписано, когда и какой анализ надо сделать каждому. Компьютер при приближении даты посещения врача автоматически напоминает нам об этом — загорается лампочка. (Доктор демонстрирует, как это происходит на экране компьютера, и действительно, это очень удобно.) Получив такое напоминание, мы сразу вызываем пациента на приём. Это помогает контролировать его состояние, вовремя корректировать лечение. Каких-то больных мы вызываем 1 раз в 1-2 месяца, кого-то каждую неделю или даже чаще — всё зависит от конкретного состояния. Оно улучшается — вызываем реже, возникают какие-то проблемы — чаще. Например, всех больных сахарным диабетом обязательно в плановом порядке вызываем 1 раз в 3 месяца для проверки так называемого гликированного гемоглобина. Этот анализ показывает, насколько хорошо у них компенсирована болезнь.

За два года я узнала всех своих пациентов, они стали как родные. Знаю все их диагнозы, поэтому не нужно, чтобы они рассказывали на каждом приёме истории своих болезней. Когда работаешь обычным участковым, такого контакта нет. Помню, как пациентов отбирали для этого эксперимента, их приглашали в поликлинику, объясняли, как всё будет